Новости

18-01-2016

Главнее президента: все, что вы хотели знать о слепом трасте (статья Николая Лихачева для издания Forbes)

(статья советника Адвокатского объединения «Спенсер и Кауфманн» Николая Лихачева для издания Forbes)

Эта форма управления дистанцирует политика от бизнеса, но не всегда исключает влияние на него

На прошлой неделе президент Украины Петр Порошенко заявил о том, что передал свою долю в кондитерской компании Roshen в слепой траст, отметив, что согласно этому стандарту, отсутствует какая-либо возможность контроля над активами траста, даже право получить информацию об активах.

«Что предусматривает этот траст? Первое: на все время моей каденции как президента ни я, ни никто другой не может этот траст разорвать. Второе: по этому договору ни одна моя подпись, ни одно мое указание не имеют никакой юридической силы. В качестве управителя этого траста назначен респектабельный иностранный банк первой категории, который будет владеть, контролировать и управлять активами», – пояснил он журналистам на пресс-конференции в четверг, 14 января.

Насколько озвученные тезисы соответствуют действительности, Forbes попросил разобраться юриста Николая Лихачева.

Слепой траст – это дословный перевод английского термина blind trust, который называется так из-за того, что учредитель (settlor) такого траста в прямом смысле не ведает, что происходит с его активами, после того как он передает их в управление трастовым поверенным (trustee).

В принципе траст можно сравнить с неким фондом, который управляет переданными в него активами. Основное отличие фонда от траста – это то, что фонд является юридическим лицом, и более популярен как инструмент инвестирования в странах Романо-Германской системы права. Траст же не имеет статуса юридического лица и популярен в странах Англо-Саксонской правовой системы.

Любой, в том числе и слепой траст создается на основе подписания между учредителем, который может сочетать в себе и бенефициара траста в одном лице, и трастовыми поверенными, которые управляют трастом, трастовой декларации. Если говорить простым языком, то трастовая декларация похожа на устав привычного нам общества с ограниченной ответственностью, только в ней более детально прописывается регламент работы траста по управлению активами. В такой декларации поверенные уполномочиваются на то, что могут делать с активами, переданными в траст, а чего не могут, указывается тип траста и многое другое, что может влиять на его работу и переданные ему активы.

На Западе слепой траст действительно является популярной формой структуры для управления активами политиков высокого ранга. В теории слепой траст – это довольно «сладкая сделка», которая являет собой смесь отстранения политика от влияния на свои активы и его финансовой предприимчивости. Каждый серьезный кандидат в президенты США, начиная с Линдона Джонсона и заканчивая Биллом Клинтоном, Дж. Бушем и Бараком Обамой, имели по меньшей мере один слепой траст в своей структуре активов. В 2003 году кандидат в губернаторы штата Массачусетс господин Митт Ромни организовал по одному слепому трасту для себя и своей супруги.

Слепой траст также служит и победителям национальных лотерей, которые не хотят раскрывать свою личность. Одним из минусов слепого траста является стоимость его создания и обслуживания. Обычные трасты обходятся своим владельцам в десятки тысяч долларов ежегодно, а слепой траст будет стоить в разы больше, так как, по сути, вы не просто платите юристам, которые его учредят и будут поддерживать. Представьте, что на вас в течение срока жизни траста работает большая финансово-инвестиционная компания, которая каждый из 365 дней в году должна управлять вашими активами, и при этом не обанкротить вас.

Слепой траст может быть отзывной (revocable) и безотзывной (irrevocable). В отзывной слепой траст его учредитель может внести какие-либо изменения после его учреждения, в безотзывной – нет. Обычно, когда слепой траст создается для управления активами политиков, он учреждается в виде срочного, то есть имеющего определенный срок действия (президентская каденция) безотзывного траста, на который действительно невозможно повлиять. Но, чтобы с точностью ответить на вопрос, какой именно тип слепого траста учрежден, необходимо ознакомиться с его декларацией, которая не является публичным документом.

Если представить, что Петр Порошенко учредил безотзывной слепой траст, то вмешаться в его управление или посоветовать что-либо трастовым управляющим официально невозможно. Попытки каким-либо образом повлиять на трастовых поверенных либо заставить их принять то или иное решение могут привести только к судебному разбирательству в юрисдикции, где учрежден траст. Трастовые управляющие и компании, выполняющие услуги по трастовому управлению, очень ценят свою репутацию, и на них будет очень непросто повлиять.

Однако не стоит идеализировать слепой траст. Истории известны случаи, когда учредитель слепого траста советовал трастовым управляющим сделать то или иное действие с его активами, переданными туда. Так, в 2005 году лидер большинства в сенате США Билл Фрист попросил трастового управляющего продать свою долю в одном из госпиталей США. Сделка была закрыта за несколько дней до того, как акции этого госпиталя упали в цене более чем на 10%. Комиссия США по ценным бумагам долго расследовала данный инцидент, но так и не решилась выдвинуть штрафные санкции, хотя публичный резонанс этого дела был довольно высоким.

В схожем деле Митта Ромни его активы находятся в слепом трасте под управлением одной из самых больших финансовых консалтинговых компаний США, отчетность которой публична, и из нее можно узнать довольно много о состоянии именно его активов, даже не прибегая к инсайдерской информации.

Учитывая, что господин Порошенко, согласно его заявлениям, передал свои активы в слепой траст под управление одного из иностранных банков первой категории, чья отчетность тоже, скорее всего, довольно обширная и публичная, он также может быть осведомлен о состоянии своих активов.

К тому же, во время учреждения слепого траста и составления трастовой декларации можно строго прописывать правила для трастовых управляющих, ограничивая их в тех или иных действиях относительно управления твоими активами. И даже если политики, использующие слепые трасты, полностью следуют букве закона, в некоторых юрисдикциях слепые трасты более открыты, чем в других, хотя их уставные документы схожи.

Учитывая все вышеизложенное, невозможно сделать вывод относительно того, какой вид слепого траста выбрал для себя господин Порошенко, как и о правилах, которые он установил в своей трастовой декларации для управляющих его активами в трасте. Если он прописал, что какой-то из его активов продавать нельзя ни в коем случае, то трастовые управляющие в своей деятельности не имеют права нарушить данную инструкцию, которая была прописана на этапе учреждения слепого траста. Как бы то ни было, слепой траст – это хороший выбор для политика, чьи активы не так просто продать.

Все новости